|
"Наш театр не развивается"
Лев Оганесян - режиссер, актер и драматург, с 1992
года проживающий в Швеции и бывающий в Армении
наездами, то короткими, то более или менее
длительными, связанными с каким-либо проектом на
исторической родине. Но темой разговора стали не
проекты, а сравнение ситуации в Швеции и Армении. И
театральной, и культурной в целом.
- Швеция - страна, в которой талантливым людям сложно жить.
Прекрасный пример этому - Ингмар Бергман, человек,
оказавший огромное влияние на мировой кинематограф и
театр, и не оцененный у себя на родине. Это была
выдающаяся личность, целая планета, которая вокруг
себя создавала мощное энергетическое поле. И его, в
принципе, уничтожили.
Казалось бы, Швеция - страна равных прав, в этом добившаяся просто
гигантских успехов, с самым высоким уровнем жизни в
мире... И в то же время Швеция напоминает мне такой
европейский газон: где чуть-чуть длиннее - сразу
остригают. И так же происходит с людьми, населяющими
эту страну. Там очень сложно живется именно тем
людям, которые достигли выдающихся результатов. На
Бергмана, например, в 1976 году надели наручники
прямо в его театре, во время репетиции. Обвинив в
том, что, будучи руководителем частной телевизионной
компании, он не доплатил в бюджет страны 130 тысяч
шведских крон. В то время это было порядка сорока
тысяч долларов. Бергман объяснил, что он не
занимается бухгалтерией, этим занимаются нанятые
специалисты. И потом действительно выяснилось, что
один из юристов компании был нечист на руку. Но пока
это выяснилось, его просто оплевали и заклевали и в
прессе, и по телевидению. Человека, который сделал
имя своей стране. И он был вынужден уехать из своей
собственной страны на одиннадцать лет, а когда все
же вернулся, то остаток своей жизни прожил
затворником. И его восьмидесятилетие в 1998 году,
кстати, отмечалось не в Швеции, а в США.
- Думаю, если бы Бергман жил в
Армении, он не стал бы тем, кем он стал. Или вообще
никем бы не стал. Но это тема другого разговора. Как
регулируются театр и культура в целом в Швеции?
- В Швеции есть министерство культуры, но оно состоит из 3-4
человек и 4-5 комнат. Министр - скорее политик. И
министерство в целом занимается не конкретной
организацией или, упаси Бог, регулированием
культуры, тем более в директивном порядке. Оно
просто вырабатывает общие подходы. Конкретными
делами занимается Культурный совет, который
избирается из известных и наиболее уважаемых
деятелей культуры. Это могут быть театральные
критики, режиссеры, актеры, композиторы и т.д. Они и
решают, куда должны идти государственные деньги, на
финансирование каких проектов.
Система следующая. Творческие коллективы и отдельные творцы подают
в Культурный совет заявки. Это может быть заявка на
создание фильма, спектакля, оперы, балета. И заявка
или принимается, или не принимается. Разумеется, в
этом есть определенный субъективный момент - личные
симпатии или антипатии, определенный лоббинг,
цеховые и корпоративные интересы. Чаще всего такие
заявки получают отказ, если ты неизвестная величина,
или заявка не подходит в силу тех или иных причин.
То есть пробиться через барьеры очень сложно. Только
три или четыре театра во всей Швеции находятся на
постоянной государственной дотации. Это те, что
называются королевскими театрами: опера, Королевский
драматический театр, театр в Гетеборге и еще один, в
Мальме. Есть муниципальные театры, которые
субсидируются самими городами. Но в основном
шведские театры находятся, что называется, в
свободном плавании. И именно эти театры определяют
сегодняшний театральный процесс в Швеции.
- И как можно охарактеризовать этот
процесс?
- Видимо, двумя словами: поиск и эксперимент.
- Значит, несмотря на равномерно
подстриженный газон травинки все же высовываются?
- Ну, это все же театр с огромными традициями. Часть общеевропейской
культурной традиции. И это не может не сказываться.
Да, на шведской сцене сейчас пробуются новые формы,
новые подходы. Кстати, в отличие от армянского
театра. Эстетика армянского театра - это эстетика
шестидесятых годов прошлого века. Живя в последнее
время в Ереване и приезжая сюда раньше, я
пересмотрел все спектакли. И могу сказать вполне
ответственно: наш театр не развивается.
Питер Брук в своей книге "Пустое пространство" очень доходчиво
объяснил, какой театр является живым, а какой -
мертвым. Он говорит, что театр как живой организм:
он рождается, становится на ноги, доходит до пика
своего развития, а потом останавливается, потому что
включается традиция. И тогда театр умирает. Потому
что заканчивается поиск. Не генерируются идеи. Это,
по-видимому, связано с социальными, политическими и
экономическими потрясениями последних двадцати лет.
В конце 80-х был всплеск интереса к театру. В
Ереване появились молодежные театры-студии, причем
во множестве, и спектакли привлекали внимание
зрителя. Потому что появилась альтернатива: новое
видение, новый взгляд на мир. Но потом в силу
известных причин все это движение заглохло. Сейчас
же, по прошествии стольких лет, возродить тот дух не
получается. И в силу объективных причин, то есть
общего состояния государства, и в силу субъективных.
Скажем, в Швеции нет института главных режиссеров, и люди по сорок
лет не руководят театрами. Театры там получают
финансирование из разных источников, а тут один
источник - государство, а государство - не самый
лучший менеджер и к тому же жесткий идеологический
контролер. И поэтому в наших театрах ставят или
классику, того же Шекспира, причем так, как его
ставили десятки лет назад, или современную русскую
или западную драматургию. Современный армянский
театр, к сожалению, не имеет никакого отношения к
современной армянской жизни.
- Может, мы вообще не
театральный народ?
- Нет, это не так. Армяне как раз очень театральный народ. Ни у
одного народа не найти столько Гамлетов и Джульетт.
Даже в Дании. Ну, а если серьезно, то армяне
действительно театральный народ хотя бы в силу
темперамента. Любое застолье - готовый театр.
Уличная потасовка или выяснение отношений - тоже
театр. К тому же есть и интерес к театру. По крайней
мере, когда я жил в Питере, тогда еще Ленинграде, то
не видел, чтобы рабочие или крестьяне обсуждали
нюансы закулисной жизни театра или того, как
ставится спектакль. А когда приехал в Армению,
удивился тому, что обычные люди, очень далекие от
театра, обсуждают, как Хорен Абрамян поставил
"Пепо". Со всеми подробностями.
- Видимо, современный армянский
театр не имеет отношения к современной армянской
жизни, потому что нет современной драматургии. Ведь
театр на 80 процентов - это драматургия...
- Да, сильная и актуальная драматургия - это основа любого театра.
Но для того, чтобы осмыслить все, что с нами
происходило за эти двадцать лет, нужно время.
Драматурги, я думаю, появятся. Они, видимо, есть и
сегодня. Но нужно, чтобы театр как социальный и
творческий организм был готов к новым текстам и
новому видению мира и себя в этом мире.
Беседовал Арам Яврумян
Выскажите
Ваше мнение
|
В
конце ноября на прилавках столичных магазинов
появились консервы нового отечественного предприятия
- ООО "Авшар Прод". А чуть раньше с новинками смогли
ознакомиться посетители международной выставки
"Армпродэкспо 2009", на которой продукция завода за
высокое качество была удостоена золотой медали и
Почетного диплома. На сегодня ассортимент
предприятия насчитывает 30 наименований. Это
варенья, джемы, конфитюры, маринады,
консервированные овощи.
