Общество

"За границей к армянам возвращается гордость за принадлежность к армянству"

   Мы продолжаем разговор об армянской идентичности, начатый в предыдущих номерах "ДЭ". Но до этого попытаемся сделать первые обобщения.

   Армяне как нация сформировались задолго до Рождества Христова. Ибо уже тогда у них были все предпосылки для того, чтоб считаться нацией в современном понимании этого термина: территория компактного расселения, язык, культура, традиции. И самое главное - государство, образованное на этой самой территории. Неблагоприятные исторические обстоятельства, в том числе и потеря государственности на долгие века, не могли катастрофически повлиять на армян как нацию, то есть лишить ее национальной идентичности. Во-первых, потому, что так или иначе сохранялись почти независимые от завоевателей национальные армянские образования со своими правителями, войском, культурой и религией. Во-вторых, долгие годы государственности уже оставили свой отпечаток, который не так легко стираем. И даже если допустить, что некие характеристики, некие черты все же были утеряны, то в конце 18 века начался процесс возрождения армян как нации, связанный с новым этапом национально-освободительной борьбы. Борьба эта была непростой и потребовала миллионных жертв. Но в итоге армяне обладают независимым государством, и самая главная задача сегодня - обеспечить безопасность этого государства как гаранта выживания и развития армянской нации в современном мире.
   Вот вкратце те основные выводы, к которым приходишь, обобщая первые интервью цикла "Армяне в интерьере цивилизации". Но эти выводы касаются определения термина "нация" и того, в какой мере армян можно считать сформировавшейся нацией. И это не окончательные выводы, разумеется. Разговор все еще продолжается. Другой аспект вопроса - характеристики армян. Тут также не было единства во мнениях, но обсуждение на то и обсуждение, чтоб выявлять разные позиции. И опять таки если попытаться обобщить сказанное, то получается довольно интересная картина. Армен Айвазян в своем интервью процитировал Тацита, и, видимо, это одно из наиболее древних определений армян. Наши с вами современники также пытались сформулировать армянскую идентичность, и эти формулировки сводятся примерно к следующему.
   В первую очередь, армяне - продукт своей истории, истории сложной, трагичной с постоянными войнами, нашествиями и борьбой за выживание. Соответственно, многие черты характера современных армян, а именно: недоверчивость, закрытость, насмешливость, стремление полагаться только на себя и свои силы, понимание роли денег как средства к достижению относительной свободы, склонность к торговле и перемещениям, великолепные адаптационные навыки - все это следует искать именно там. В силу именно исторических обстоятельств армяне - геополитики по натуре. Слишком много империй побывало на этой земле, и армяне привыкли смотреть на мир как на арену постоянных противоречий между великими державами, борющимися за клочок армянской земли. Отсюда и склонность к самоутверждению, присущая всем немногочисленным народам, привыкшим постоянно доказывать свою идентичность. И постоянные воспоминания о великом историческом прошлом.

   Такова примерная картина, сложившаяся к данному моменту. А сегодняшний наш гость - научный сотрудник Института археологии и этнографии АН Армении, кандидат исторических наук Грануш Харатян.
   - Я не буду слишком углубляться в понятийный аппарат и рассуждать о том, что надо подразумевать под нацией, народом, этносом и т.д. Это зависит от договоренности между учеными, потому что подходы тут совершенно разные. Думаю, в вашем цикле Айвазян использовал понятие этнос, и в этом плане его рассуждения вполне корректны. Хотя все же армянский этнос изменялся во времени и пространстве. Для меня это однозначно.
   Я не уверена, что сегодняшний армянин один к одному схож с тем, кто жил в эпоху, скажем, Тиграна Великого. И восприятие армян другими народами, мыслителями и историками, такими как Тацит, и восприятие армянами самих себя менялось. А если воспринимать нацию как некую этническую группу, которая самовыражается через государственность, а это действительно европейский подход, то тут я согласна с Артуром Мкртичяном. Армяне как нация пока еще в процессе формирования, ибо мы еще должны приобрести традиции государственности, которых у нас на сегодня просто нет. Или, может, они утеряны. Но, честно говоря, я бы хотела поговорить о другом. О неких этнических характеристиках.
   Этим летом мы проводили большое исследование. Предмет исследования - самовыражение армян в культуре праздника, в прикладном искусстве, в речи. Ведь когда человек рассказывает о себе, о своей жизни, в этом рассказе может проявляться его этничность, то есть принадлежность к определенной этнической группе со своими взглядами на мир. Если попытаться обобщить на первом, самом поверхностном уровне (потому что исследование пока продолжается), то армяне, опрошенные на территории Армении, не акцентировали свою принадлежность к армянскому этносу. То есть человек не говорил о том, что с ним произошло то-то и то-то, потому что он армянин. А вот примерно такое же исследование было проведено вне Армении. И там уже принадлежность к этнической группе, в данном случае к армянству, играла очень существенную роль. Грубо говоря, когда мы в Армении, наша принадлежность к армянству в разных ситуациях, жизненных и бытовых, не нуждается в подтверждении. Но что интересно: люди с большим трудом определяли, что такое армянское, например, в праздничной жизни, армянское в пище. То есть они, конечно, называли традиционные армянские блюда, но затруднялись определить, почему именно они армянские.

     - Это единственное исследование подобного рода?
  - Исследований достаточно. Назову еще одно исследование, проведенное в России, в Саратовской области среди представителей десяти национальностей, в том числе русских, немцев, армян, евреев, грузин, азербайджанцев, татар. Целью исследования было понять, как принадлежность к определенной национальности отражается на поведении людей. В их реакции на разные ситуации. Ставились вопросы типа "Горды ли вы, что принадлежите к определенной этнической группе?", "Какие национальные праздники вы отмечаете?". Так вот, среди респондентов самый высокий показатель гордости был у армян - 85%. Примерно, по 40-45% гордости выявилось у немцев, евреев, чуть ниже - у остальных. Причем это были немцы или евреи, проживающие в этих местах по 200-300 лет, то есть почти обрусевшие. А армяне (большая часть, во всяком случае) расселились там совсем недавно. Но интересно, что на вопрос о праздниках оказалось, что всего 2% из опрошенных армян отмечало свои национальные или государственные праздники. Разве не странно? При таком уровне гордости за принадлежность к армянству не отмечать свои национальные праздники? А у нас только 19 официальных государственных праздников, не считая народных и религиозных. Кстати, у немцев и евреев, никогда не бывавших в Израиле или Германии, свои государственные и народные праздники отмечало более 40% респондентов.

   - И каков Ваш вывод как этнографа?
  - Думаю, что мы не очень четко представляем наши культурные ценности. Мы часто употребляем общие слова. О том, что мы гостеприимны, например. Возникает вопрос: а кто негостеприимен? С кем мы себя сравниваем, когда утверждаем что-то? Мы говорим, что для армянина самое важное - семья. Мои личные исследования показывают, что это не так. Семья важна для армянина не сама по себе. Это просто место, где он может укрыться. От внешнего мира, его угроз, его вызовов. И от самого себя, кстати. В наших семьях происходят чудовищные насилия. Причем не только мужчин по отношению к женщинам, но и женщин по отношению к мужчинам.
   Должна сказать вам, что нет серьезных исследований относительно семьи в армянском обществе. А ведь, казалось бы, на вербальном уровне, в беседах, на телевидении, в прессе это такой важный институт для армян! Есть просто этнографическое описание армянской семьи. Но это не серьезное исследование, а традиционная характеристика, причем, по моему глубокому убеждению, здесь много лукавства. Это не всегда самое честное описание. Видимо, надо признаться, ко многим вопросам у нас чисто формальный подход. А суть остается за скобками. Мы не привыкли сопоставлять, анализировать, делать выводы. Это касается очень многого. Начиная от роли церкви в армянской истории и кончая межличностными отношениями. А ведь эти вопросы важные. Мы не должны избегать таких вопросов, но тем не менее избегаем.

   - Как бы Вы охарактеризовали сегодняшнюю ситуацию в государстве и обществе?
   - Мне кажется, мы переживаем трудный этап своей истории. Нет локомотива. Казалось бы, сам факт существования независимой армянской государственности мог бы стать таким локомотивом, но, к сожалению, этого не происходит. Из Армении постоянно уезжает наиболее активная и образованная часть населения, то есть люди, которые могли бы стать движущей силой развития. Наша власть не сумела добиться того, чтобы люди ощущали себя полноценными гражданами полноценного государства и отдавали бы свою энергию, способности, талант на служение этому государству.
   Я уверена, и мои наблюдения это не раз доказывали, что люди готовы даже нищенствовать, но жить в государстве, не унижающем человеческое достоинство. Кроме того, государство могло бы стать осью армянства, но оно, к сожалению, им не стало. И люди уезжают. Не из-за куска хлеба, нет. Они просто ищут достойных в психологическом, моральном и правовом плане условий существования. Как ни странно, там, за кордоном, к ним возвращается гордость за принадлежность к армянству. То, чего они не испытывают в самой Армении.

Арам Яврумян

Выскажите Ваше мнение

Мемориал на народные средства

   7 декабря 2008 г. исполняется 20 лет со дня разрушительного землетрясения в Армении. Благотворительная общественная организация "Гюмри-Верацнунд" взяла на себя миссию - создать в Гюмри Мемориальный комплекс, посвященный памяти жертв землетрясения 1988 года. О том, как воплощается этот проект в жизнь, беседа с президентом "Гюмри-Верацнунд" Мурадом Мурадяном.

   - Сам я гюмриец. Родился, вырос, получил образование, а затем долгие годы работал на руководящих должностях в этом самобытном, жизнерадостном, гостеприимном городе. В мае 1975 г. был переведен в столицу и избран председателем исполкома Ереванского горсовета. После первых ударов стихии, повлекших за собой человеческие жертвы, поспешил в Ленинакан. Увиденная картина потрясла меня - разрушенные дома, тела погибших, стоны раненых... Среди жертв землетрясения было немало моих родственных, друзей, знакомых. Конечно, тогда единственной мыслью было оказание действенной помощи всем пострадавшим.
   До сих пор случившееся ужасает маштабностью трагедии: около 25 тыс.человек погибло, порядка 20 тыс. было ранено, разрушено 50% жилого фонда (8 млн. кв.м), без крова остались 514 тыс.человек. Разрушились и сильно пострадали 917 очагов народного образования, 250 объектов здравоохранения, 324 клубов и домов культуры, около 30% (из 8461) архитектурных, художественных и исторических памятников. Были выведены из строя 170 предприятий, на которых до этого трудилось более 80 тыс.человек. Крупные потери понесло животноводство. Стихия уничтожила 24 тыс.крупного рогатого скота, 45 тыс.голов овец, 8 тыс.свиней. Общие материальные потери в зоне землетрясения составили 10 млрд. долларов.

   - Когда возникла идея создания мемориального комплекса, кто ее инициатор?
   - В первые годы после землетрясения все силы были направлены на ликвидацию его последствий. Но даже в это трудное время в разных городах и селах страны по инициативе простых людей было установлено немало памятников жертвам стихийного бедствия. В 2004 г. я пришел к мысли о необходимости создания в Гюмри большого мемориального комплекса, посвященного жертвам землетрясения. С этой целью в том же году основал "Гюмри-Верацнунд". 10 августа 2004 г. состоялось заседание руководителей мэрии г.Гюмри, Союза архитекторов Армении и организации "Гюмри-Верацнунд", на котором было принято решение о возведении мемориального комплекса.

   - Кто является автором проекта мемориала?
   - В 2004 г. был объявлен конкурс среди проектных организаций Гюмри, столичных институтов "Ереванпроект" и "Армгоспроект". На конкурс было представлено три проекта. В течение месяца они были выставлены на всенародное обсуждение в Ереване - в Союзе архитекторов, в Гюмри - в музее сестер Асламазян. Народное мнение отдало предпочтение проекту Сашура Калашяна, автора Музея-института геноцида армян НАН РА. Позднее конкурсная комиссия под руководством председателя Союза архитекторов Армении Мкртыча Минасяна утвердила проект Калашяна.

 
   - Что он собой представляет?
   - Комплекс включает в себя стеллу высотой 40 метров, конференц-зал и музей, где будут выставлены фото-, видео- и слайдовые материалы, подробно иллюстрирующие последствия стихийного бедствия и работы по восстановлению зоны землетрясения. Там же будут находиться флаги государств, которые в трудное время протянули руку помощи нашему народу.

   - Какова стоимость проекта и кто осуществляет его финансирование?
   - Общая стоимость комплекса - порядка 3,5-4 млн. долларов. Строительство осуществляется на народные деньги. Наша организация обратилась ко всему армянству, к отечественным и зарубежным меценатам, а также ко всем людям доброй воли с призывом денежных пожертвований.

    - Где будет воздвигнут мемориальный комплекс?
   - В Гюмри, в центре города на территории 7 га. Этот земельный участок мэрия города безвозмезно выделила под строительство мемориала. На данный момент специалистами уже выполнено 60% проектных работ.

   - Существуют ли какие-либо трудности на пути осуществления ваших планов?
   - Да. Дело в том, что на выделенном участке находилось 100 деревянных домиков, приспособленных для жилья. За последние годы были отселены жильцы 60 домов. Согласно республиканской программе по зоне землетрясения, жителям оставшихся домов также будут предложены новые квартиры. Так что в ближайшее время процесс отселения будет завершен. На освободившейся территории уже вырыт котлован. Предварительно мы объявим тендер на строительство комплекса. Предположительно само строительство займет два года, и в 2010 году комплекс будет полностью построен. Это будет единственный в Армении крупный мемориальный комплекс, посвященный памяти жертв землетрясения.

Беседу вела Вера Цветкова

Наша справка
М.Мурадян родился в 1930 г. в г.Ленинакане. Окончил Ленинаканский пединститут им.Налбандяна и Всесоюзный заочный московский машиностроительный институт. Первые 22 года его трудовой деятельности связаны с г.Ленинаканом, где он прошел путь от учителя физики и математики до заведующего отделом промышленности, транспорта и строительства Ленинаканского горкома партии. С 1967 г. - заместитель заведующего отдела легкой и пищевой промышленности ЦК КП Армении. С 1968 г. по 1975 г. - первый секретарь Ленинаканского горкома КП Армении. С 1975 г. по 1985 г. - мэр г.Еревана (председатель исполкома Ереванского горсовета). С 1986 по 1988 гг. - секретарь ЦК КП Армении. С 1988 по 1991 гг. - председатель "Армпотребсоюза". Последние четыре года - президент организации "Гюмри-Верацнунд". Мурад Мурадян награжден орденом Ленина, двумя орденами Трудового Красного Знамени и медалями.

Выскажите Ваше мнение