|
Цветовое поле города
У Еревана нет вразумительной цветовой концепции
Когда-то расхожим журналистским штампом было, говоря о Ереване, называть его "розовым городом". И действительно, артикский туф доминировал в общей панораме города, поглощая отдельные вкрапления из многообразной цветовой палитры армянских камней, включающей более сотни цветов и оттенков.
Положительные качества артикского туфа, как нельзя лучше подходящего к нашему климату с его резкими перепадами температур, неоспоримы. Чего нельзя сказать о его более благородном собрате фельзите. Широкое же применение артикского туфа диктовалось экономическими соображениями, но это привело к художественным издержкам. К слову, артикский туф, если его применять с умом, не столь уж малохудожествен. Вспомним хотя бы великолепные интерьеры Музея этнографии Армении в Сардарапате.
Цвет -- немаловажный фактор комфортности человека, остро реагирующего на воздействия окружающей среды. Тем более горожанина, находящегося в состоянии постоянного стресса. Монохромность, тусклые цвета вызывают уныние, чрезмерная пестрота и кричащие цвета -- раздражение. Цвет в архитектуре можно рассматривать в двух аспектах -- активное цветовое пятно в общей картине застройки или же игра цветовых соотношений на фасаде здания. Цвет кладки может усилить монументальность здания -- Матенадаран, Оперный театр. Может подчеркивать формы сооружения, но и предложить ее парадоксальное развитие, не согласовываясь с ее очертаниями. Что мы и видим в некоторых примерах из западной архитектуры -- дома жилого района Нантерр в Париже.
Древние города были одноцветны. Однако с развитием культуры цвет стал непременным атрибутом в палитре художественных средств зодчих. Греки раскрашивали свои беломраморные храмы. Помпезность архитектуры классицизма подчеркивалась обильным использованием позолоты. Что создавало ощущение праздника. Но случались периоды, когда монохромность, как в эпоху аскетичного Средневековья, возвращалась в архитектуру, следуя церковному диктату.
Армянская классическая архитектура монохромна. Художественный эффект достигается органичностью форм и пропорций. Цвет же постройки определялся содержанием ближайших каменных карьеров. Редко добавлялся цветовой акцент. Например, на барабане купола храма Сурб Геворк в Мугни чередуются двухцветные полосы. Или же в монастыре Санаин серый фасад колокольни оживлен огромным орнаментированным крестом из красно-коричневого камня. Гражданская архитектура до XX века также не отличалась цветовым многообразием. В основном использовался черный туф ереванского месторождения или желто-красный азиатский кирпич. Хотя встречаются и исключения. Характерный пример -- дом Дзитохцянов в Гюмри. Освоение артикского месторождения в начале XX века положило начало "розовому периоду" в армянской архитектуре.
Городскую среду формируют как профессионалы -- архитекторы, дизайнеры, дендрологи, так и непрофессионалы -- жители, хозяева торговых объектов и прочие. Вмешательство последних наносит большой вред архитектурному облику города. Достаточно взглянуть на некоторые здания, фасадные магазинные части которых облицованы плиткой или камнем разных цветов поверх существующей туфовой кладки, на различные пристройки и мансардные надстройки разных цветов. Подобная лоскутная архитектура дополняется разноформатной кричащей рекламой. А массовое истребление зеленых насаждений в столице, успокаивающий цвет которых мог бы компенсировать зрительный хаос, усугубляет дискомфорт.
К сожалению, в Ереване не ощущается наличие более менее объяснимой и вразумительной цветовой концепции, раскрывающей функции немногих архитектурных ансамблей или отдельных зданий. Цветовая культура столицы не имеет ни исторической преемственности, ни символического значения, которое некоторые народы придают цвету. Тем более в условиях, когда архитектура перестала быть результатом общественного заказа. Цветовые характеристики новых зданий отвечают предпочтениям заказчиков, что не всегда адекватно цветовой гармонизации города.
Городской пейзаж не акцентируется цветом, особенно в районах новостроек. Панорама Юго-Западного жилого массива или Аван-Аринджа издали выглядит удручающе. Цветовая скудность снижает художественную выразительность застройки, которую не спасают даже ритмические построения из зданий различной этажности. Но которую спасли бы цветовые включения в море однообразного розового цвета. Если выделять камнем другого цвета, скажем, школьные и дошкольные учреждения, это не только бы обогатило цветовую картину, но и облегчало визуальную ориентацию в пространстве, служило бы маяками в системе застройки.
Справедливости ради заметим, что это грех еще советских времен. Правда, в 60-70-е годы на фасадах некоторых зданий стали появляться мозаичные панно из камней разного цвета. Наиболее известное из них -- на углу улицы Абовяна и проспекта Саят-Нова. Есть они и в других частях города. Но из-за случайного месторасположения их художественная функция незначительна. Не получило распространения и применение цветных бетонов. Самый распространенный художественный прием -- туфовая кладка, чередующаяся с фактурно обработанными бетонными плоскостями серого цвета. Насколько порой важен для архитектора цвет уникального сооружения, говорит следующий факт. Для Дома камерно-классической музыки на Кольцевом бульваре долго не могли выбрать подходящий камень. И, наконец, нашли красивый туф редкого табачного цвета.
Сегодня цветовая картина столицы формируется в основном яркими рекламными щитами. То есть на уровне взгляда. Но цвет в рекламе выполняет утилитарную функцию в то время, как в архитектуре ему отведена эстетическая и социально-поведенческая роль. Не зря же компания "Гранд Кенди" раскрашивает свои объекты в розовый цвет. Где бы ни были они, сразу бросаются в глаза, приглашая зайти.
В последние годы в архитектуре фасадов, помимо традиционных камня и бетона, стали применяться новые материалы. Огромные поверхности тонированного стекла и алюминиевых пластин могут придать новое качество цветовому фону столицы и наделить индивидуальностью цветовые характеристики зданий. В развитых странах к работе над застройкой новых районов привлекаются не только архитекторы, но и колористы, и климатологи. Почему климатологи, спросите вы? Активность солнечной радиации со стороны, куда обращен фасад здания, игра света и тени в течение дня -- немаловажные факторы для создания запоминающегося художественного образа и комфорта для жителей.
Попытки построения целостной цветовой среды разных городов в истории предпринимались неоднократно, но успеха не имели. Ереван -- не исключение. Город -- слишком большой и быстро развивающийся организм, и цветовые предпочтения людей -- категория изменчивая во времени. Главная и вполне решаемая, на мой взгляд, задача на сегодня -- реконструкция фасадов зданий, построенных в XX веке. Не очень выразительным фасадам можно дать новую жизнь. И подобные примеры в столице есть. Здание бывшего Министерства соцобеспечения на улице Терьяна, новое старое здание Ардшининвестбанка по проспекту Григора Лусаворича. Давно ждет внимания к себе жилой дом напротив кинотеатра "Айрарат", прозванный в народе "миллиметровкой".
Заменой балконных панелей, цветовой игрой можно обогатить ереванские улицы не одной привлекательной "новостройкой". Касается это и не вписывающегося в новую застройку старого здания на Северном проспекте, жители которого который уж месяц воюют за его сохранение. Кстати, подобный метод придания обновленного облика домам советской эпохи стали применять в соседнем Азербайджане, о чем прошел сюжет по одному из московских каналов. Уж это продуктивнее, чем сносить дома.
Павел Джангиров
Выскажите
Ваше мнение
|
